Директор «Табакерки» Александр Стульнев: главное на сцене — это артист

0
132

Александр Стульнев

В этом году легендарная «Табакерка» отметила новоселье. У Московского театра-студии под руководством Олега Табакова появилась новая сцена по адресу Малая Сухаревская площадь, 5.

Накануне Нового года корреспондент АиФ,ru встретился с директором Театра Табакова Александром Сергеевичем Стульневым, который рассказал об изменениях, произошедших в театре за последний год, и планах на будущее.

Театральный «холдинг»

Елена Яковлева, АиФ.ru: В конце года принято подводить итоги. Расскажите, каким он был для Московского театра-студии под руководством Олега Табакова?

Александр Стульнев: Это был високосный год, и как вы знаете, в нём было много всевозможных неприятных событий. Но для нас было и одно очень приятное: мы открыли новое здание театра — «Сцену на Сухаревской».

Я официально начал работать в этом театре 3 мая 1997 года, и практически без полугода 20 лет занимался этим вопросом. И, наконец, 15 сентября мы открылись. Открылись, как мне кажется, замечательным, интересным мероприятием, на которое были приглашены все наши друзья. А уже 27 сентября выпустили первую в этих стенах премьеру — «Матросскую тишину». Мы решили, что должны возобновить этот спектакль, потому что он для нас такая же визитная карточка, как «Чайка» для МХАТа. И как нам кажется, спектакль получился, люди приходят, смеются, плачут — никто не уходит.

Так что дела у театра идут хорошо, даже неожиданно хорошо. У нас пока все аншлаги, а на январь уже проданы практически все билеты.

— Театр Табакова теперь представляет собой крупный театральный комплекс, который в нашей стране не имеет аналогов: у вас есть огромный зал с уникальной сценой-трансформером, также есть художественно-производственный комбинат для производства театральных декораций и собственная театральная школа для подготовки будущих актёрских кадров…

— Да, как выражается Табаков, у нас создался своеобразный холдинг, хотя, конечно, нельзя этот термин применять к такой ситуации. Но между тем, это театральное объединение, которое обладает практически всем, что нужно для существования театра. И вы совершенно правы, в нашей стране такого больше нет нигде. Это и удобно, и трудно, ведь всем этим надо управлять…

Вот уже 5 лет у нас работает театральная школа Олега Табакова, где ребята учатся на полном государственном обеспечении. А за два года до этого мы построили художественно-производственный комбинат (небольшой завод, где мы делаем рекламу и декорации не только для себя, но и для других театров Москвы).

Итого за последние годы нам удалось построить три объекта, которые все уже, слава Богу, работают.

— Получается, что ваша стройка завершена, или есть ещё какие-то планы?

— Ничего мы не закончили, к сожалению, а, может, и к счастью. Перед нами стоит ещё очень серьёзная задача — реконструировать старое здание. «Сцене на Чистых прудах» уже больше 30 лет. Там всё очень старое, и самое главное старая проводка. Отреставрируем старое здание, тогда уже у нас будет полный набор…

Бизнес-план

— Вы уже сказали про аншлаги, но в отличие от старого зала «Табакерки», где с трудом размещались 114 зрителей, в новом здании зал рассчитан на 400 мест. Не жалеете, что не сделали его ещё больше?

— У нас с Олегом Павловичем на этот счёт есть очень давнишнее убеждение. Когда мы только начинали заниматься строительством нового здания, сразу решили, что это будет сцена не более, чем на 500 мест. Почему? По творческим соображениям. Дело в том, что любое сценическое пространство больше 500 мест немножко от лукавого. Энергетика артиста не доходит до последних рядов. И как любит выражаться Олег Павлович, для людей, которые сидят на галёрке, это получается «представление из жизни насекомых».

Поэтому мы приняли такое решение, хотя и понимали, что экономически оно не очень целесообразно. Однако, если нельзя получить желаемый доход с одного спектакля, нужно увеличить их количество. Поэтому будем стараться давать больше спектаклей.

Наш бизнес-план (если можно его так назвать), который мы делали на полную загрузку этого здания (25-26 спектаклей в месяц), говорит о том, что денег вполне хватит, чтобы значительно сократить бюджетное финансирование. Я не думаю, что оно нам будет сокращено, но, во всяком случае, мы найдём, куда направить дополнительные средства — в первую очередь, на создание новых спектаклей и на заработную плату. Как говорится, дырки, куда деть деньги, всегда есть.

— А какова стоимость билетов на новой сцене?

— Мы специально снизили цены на билеты, потому что нам хочется, чтобы зрители пришли посмотреть новое здание. Здесь у нас билеты от 800 до 2500 рублей, а на старой площадке есть и по 3500 рублей. Ещё у нас два спектакля, которые мы играем на сцене МХАТа (их просто невозможно сюда перенести по техническим причинам), где стоимость билетов бывает до 7000 рублей. Поэтому, на наш взгляд, мы сделали довольно демократичные цены.

Новый репертуар

— Расскажите, кроме «Матросской тишины», какие спектакли были подготовлены для новой сцены?

— Кроме «Матроской тишины», мы заранее подготовили ещё 6 спектаклей и обкатали их в прошлом году на старой сцене. Эти спектакли создавались с расчетом, что их декорации можно адаптировать под новую сцену. Что, собственно, и произошло. Правда, практика показала, что один из них нужно вернуть на старую — он слишком камерный. На новой сцене он воспринимался совсем не так, как должен был восприниматься…

— И какой же это спектакль?

— Это замечательный спектакль «Дьявол» по Льву Николаевичу Толстому.

Такой риск всегда существует — какой-то спектакль можно перенести на большую площадку, с большим количеством зрителей, а какой-то нельзя. Оказалось, что «Дьявол» нельзя.

Таким образом, репертуар новой площадки у нас состоит всего из 6 названий. Это очень мало, но в тех обстоятельствах, в которых мы находились, сделать больше было невозможно. Поэтому сейчас перед нами стоит серьезная и большая задача — наработать репертуар на новой сцене. Сделать так, чтобы здесь шло, как минимум, 20-25 названий.

— Непростая задача. Как думаете, к какому времени её удастся осуществить?

— Сложно ответить на этот вопрос. На ныне текущий сезон мы запланировали еще 3 премьеры на новой сцене. В феврале выпустим горьковскую «Вассу Железнову», потом будет «Леди Макбет Мценского уезда» по Лескову, которую поставит знаменитый режиссер и хореограф Алла Сигалова. Когда-то у нас в репертуаре уже было это название, но оно как-то не очень прижилось. А это будет очень необычный спектакль: и драматический, и пластический, и музыкальный. А в конце сезона выпустим английскую пьесу, которая в России еще не шла, её рабочее название «Stage Beauty». К её созданию мы привлекли хорошего режиссёра, художественного руководителя Московского драматического театра имени Пушкина Женю Писарева.

На вторую половину 2017-го тоже намечены три работы. Но, скорее всего, три мы не осилим по финансам, а осилим лишь две. Это будет музыкальный спектакль по мотивам фильма Педро Альмодовара «Женщина на грани нервного срыва», который поставит Алексей Франдетти. А также работа довольно известного арт-хаусного режиссера Алексея Федорченко, которая, скорее всего, будет называться «Книга евнуха». Это библейская история о времени правления царя Давида и дальнейшего восшествия на престол его сына, царя Соломона. Думаю, что это тоже будет зрительский, большой, дорогой спектакль.

— И очень непростой. Зная смелые киноработы Федорченко, плюс библейская тематика…

— Думаю, что не простой, да. На нас, может быть, и будут обижаться, потому что мы берем библейские легенды и пытаемся их осмыслить.

Как это будет выглядеть, не знаю, посмотрим. Но сама пьеса очень интересная, она написана на основе романа немецкого писателя Стефана Гейма «Книга царя Давида».

— У новой сцены огромные технические возможности. Будут ли использоваться они в новых спектаклях?

— Конечно, в этих спектаклях, будет задействована вся механика сцены. Это очень обогащает режиссерские возможности, возможности мизансценирования и т.д.

Мы как раз недавно с Олегом Павловичем принимали макет к спектаклю «Леди Макбет Мценского уезда», который создал главный художник МХАТа Николай Симонов. И, знаете, там такие постановочные сложности, что они меня даже испугали, думаю: «Господи, как же мы это всё сделаем? И сумеем ли мы это сделать?».

Но сейчас XXI век, без этого нельзя, без этого зрителю уже не интересно. Это всё хорошо — демонстрировать в спектакле технические возможности — чего мы, собственно, и добивались. Но если в спектакле не будет артиста, если не будет подлинной игры, если его энергетика не дойдет до зрителя, то этому спектаклю — грош цена. Поэтому всё равно главное на сцене — артист, во всяком случае, для театра нашего направления. А мы, как вы знаете, исповедуем традиции Московского художественного театра, мы — какая-то веточка этого театра.

«Дворец Табака»

— Впереди ещё одно знаковое событие для театра: 1 марта «Табакерке» исполняется 30 лет. Расскажите о планах к юбилею.

— Для нас это очень значимый юбилей: 30 лет со дня получения театром официального статуса. Но дело в том, что по закону 30 лет не считается официальным юбилеем для учреждений (официальным юбилеем считается 25 лет, 50 лет, 75 лет и дальше через каждые пять лет). Поэтому никакого финансирования на празднование мы не получим, а будем располагать только собственными средствами.

Тем не менее, мы наметили довольно много интересных мероприятий: торжественный вечер для труппы и старейших работников нашего театра (у нас 8 артистов и ещё 5-6 человек обслуживающего персонала работает в театре уже 30 лет), небольшой фестиваль из 7 спектаклей, который будет называться «Бенефис тридцатилетних» (главные роли в этих спектаклях играют Олег Табаков, Марина Зудина, Миша Хомяков, Андрей Смоляков, Серёжа Беляев, Саша Марьин и Надя Тимохина). Также будет проходить ретроспектива старых спектаклей, фотовыставки и выйдет большой красочный альбом «История в 30 сезонах», в котором мы собрали более 500 фотографий. Но больше всего меня радует, что к юбилею выйдет сразу 2 полнометражных документальных фильма о театре.

— И такой обывательский вопрос: как известно, Театр Табакова часто называют «Табакеркой», а старое здание и вовсе в шутку прозвали «подвалом». Получила ли новая сцена своё неформальное название?

— На открытии новой сцены Александр Ширвиндт, шутя, предложил называть его не «Табакеркой», а «Дворцом Табака». Но это название пока ещё не прижилось, и приживётся ли? Так повелось, что мы называем наши сцены просто — «Сцена на Сухаревской» и «Сцена на Чистых прудах» — это же написано на наших афишах.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here